np_morozova


Керамика, всякая красота и жизнь вокруг

Журнал художника-керамиста


Previous Entry Share Next Entry
Керамика 70-80-х годов
np_morozova

Российская декоративная керамика 60-х - 90-х годов 20 века

Автор статьи Крамаренко Л.Г.     http://www.keramika.peterlife.ru/doc/ceramic-065.html

70-е - 80-е годы - период расцвета керамического искусства. Веер художественных направлений чрезвычайно широк - от традиционного сосудоваяния до свободной пластики, от камерных образов до монументально-декоративных решений, от лирической поэтики - до философичной метафизики.

Главная цель - найти индивидуальный путь в этом обширном потоке. Проблема творческой индивидуальности, нахождения своей личной темы. своего почерка, адекватного самовыражения в искусстве -в центре внимания всего культурного процесса. И в этом декоративное искусство при своеобразии его художественного языка открывает широкие возможности.

Развитию вида способствует и организационная работа Союза художников. В практику входят творческие симпозиумы, проводимые на производственных базах Худфонда в Вильнюсе.. Дзинтари, Ташкенте, Львове. В этих симпозиумах участвуют столичные художники и художники из всех республик, приглашаются иностранные мастера из европейских стран и США. Совместная работа в таких коллективах. обмен опытом, творческое соревнование и личные контакты сыграли огромную положительную роль в повышении мастерства и раскрепощения мысли художников.
В результате этих симпозиумов, наряду с художниками прибалтийских республик, которые традиционно в советский период лидировали в керамике по мастерству работы с формой и технологией, выдвигается группа ленинградцев.

Основное стилистическое направление ленинградских керамистов позволила определить большая выставка - "Ленинградская керамика" 1977 года. Своего рода концептуальным символом ее стала композиция Василия Цыганкова, представлявшая группу растрескавшихся строительных кирпичей, украшенных изображением голубой розы. Напрашивается расшифровка: художники строят свой мир из прозаического материала, одухотворяя его искусством, насыщая красотой. Известная декларативность, прокламирование своих убеждений присуща ленинградской группе.

Формирование ленинградской керамики приняло своеобразные организационные формы. В ЛОСХе вошло в практику проводить ежегодную выставку керамики "Одна композиция", на которую каждый из участников (а это был постоянный состав из 16 человек),
представлял одну декоративную композицию по собственному усмотрению. Подобных выставок было проведено десять, с 1977 по 1987 год. Такой систематический показ стимулировал творческую активность и соревнова-тельность членов коллектива, усилил экспериментальный накал, высвечивал основные тенденции развития керамики.

Самосознание художников вылилось в "манифест", в котором провозглашалось, что керамика - искусство, "открывающее художнику путь к созидательному таинству природы, к первоосновам творческого начала в человеке... Что она предоставляет художнику фундаментальные позиции для осуществления его творческой воли." Не подражая природе, но действуя согласно ее законам, художник созидает невиданный ранее эстетический объект - такова принципиальная позиция ленинградских художников. Таким образом, объявляется полная раскованность в проявлении индивидуального дарования. Личное авторское высказывание, овеществленное в материале, - главная устремленность творчества.
Коллектив ленинградских керамистов представляет собой хоровод таких индивидуальностей, которые трудно поддаются суммированию. Но все же в их творческой работе есть определенные художественные приоритеты - это. с одной стороны, стремление к острым уникальным решениям и, с другой стороны, уважение к наследию пет" ребургской культуры.

Особо следует отметить, что в творчестве ленинградских керамистов высвечивается одна общая тенденция искусства 80-х годов -движение от образно-эмоционального начала в отражении действительности к интеллектуальной художественной деятельности. Если в предыдущий период мы отмечали как основное направление творчества поиски образно-поэтических настроений, то теперь больше ценится оригинальность замысла, ироничность, "игра ума". Сложные подтексты. философические размышления лежат в основе многих керамических произведений.
В отличие от пластически-скульптурного подхода у москвичей. у ленинградцев преобладает архитектурно-текторическое мышление.
Они используют керамический пласт и строят из него геометрические или округлые формы, заставляя материал работать на пределе возможностей. Больше всего художниками ценится формальный "пластический ход", исполнительское мастерство, техническое совершенство фактуры и росписи. В строгости и четкости форм. ритмичности построения композиций прослеживаются классические традиции петербургской архитектуры.

Из керамического пласта В.Цивйн "свертывает" фигуры и торсы. А.Задорин конструирует многоэтажные сооружения. В.Гориславцев строит целый город - дом, завод, набережную. При этом подчеркивается крепость керамического сооружения, его внутреннее полое пространство, плотность черепка каменной массы. Крупные размеры композиций свидетельствуют о высокой исполнительской культуре и мастерстве авторов.

Ленинградцы не только хорошие "строители", но и тонкие живописцы. Изобразительные мотивы играют в их керамике большую роль. Городские мотивы пронизывают их изобразительный ряд. Ландшафты Петербурга, "строгий стройный вид" его архитектуры, графика его решеток, мостов, каналов придает особый стиль их росписям. В колорите преобладают сдержанные холодные тона, передающие колорит северного города.


В.Гориславцев "Коломна"
Самый тонкий живописец - Владимир Гориславцев. Динамичной виртуозной живописью покрывает он блюда, пласты, геометрические объемы. Это пейзажи Петербурга-Ленинграда, его классические здания, окна, решетки. Нева, каналы - все объединено единым поэтическим настроением, призрачным голубым тоном, словно погружено в дымку воспоминаний. Мотив окна, зеркала, отражения передается тончайшими "зыбкими" нюансами керамической живописи, что создает
мистический образ северной столицы.

В холодновато-четких пейзажах А.Ларионова Петербург словно застыл в сиянии белых ночей. Н.Ротанова окутывает керамические сосуды сумеречными северными пейзажами и натюрмортами, исполненными уверенной свободной кистью. А.Громов лихо разбрасывает по керамическим пластам плакатно-дерзкие, карикатурные рисунки, похожие на граффити на стенах домов городских окраин. Керамика предоставляет поле для любого индивидуального почерка.

Обращаются ленинградцы и к сосудоваянию, рассматривая его разумеется, не в утилитарном, а в образно-игровом плане. Л.Солодкова интересуют вертикальные ритмы вытянутых объемов. В.Цыганков исследует внутреннюю динамику пустотелых сосудов, А.Задорин иронизирует над формой кувшина. Г.Капелян причудливо соединяет фрагменты бытовых вещей и технические детали, сооружая неких "монстров обыденности". С лукавой иронией общается с сосудом Ю.Генеро-зова-Бугуева. с грубоватой народной шуткой - Г.Корнилов.

Перед Н.Савиновой сосуд раскрывает свое внутренне пространство и оказывается интерьером дома. его оболочка хранит домашний очаг. Распахивается окно, отодвигаются занавески, открывается клетка - и везде внутри тепло человеческого бытия. Н.Савинова -единственный лирик среди рациональных, холодновато-ироничных ленинградских керамистов.

Хотя декоративная керамика все более демонстративно провозглашает себя духовно-концептуальным искусством, она не может расстаться со своей предметной сущностью.
Новый всплеск интереса к предметной форме наблюдается в середине 70-х годов. Но речь идет не о конструировании функционального предмета, а о создании предмета-образа. У московских кера
мистов. как мы уже отмечали, это вылилось в композиционные натюрморты. в скульптурные портреты домашних вещей. У ленинградцев несколько иная концепция пластического предмета. Их увлекает делание вещей из керамики по подобию, при максимальном приближении к форме, фактуре, плотности предмета, иногда доходящих до имитации. Увлекают, конечно, вещи старые, раритеты, отмеченные печатью времени. Из керамики создаются старинные аппараты, утюги, лампы. коробки, потертые фолианты, старые конверты. С одной стороны, в них демонстрируется техническое мастерство автора, но в большей мере они несут на себе отпечаток ностальгических чувств. Поэзия старой вещи. хранящей следы владельцев, сохраняющей память предков, - концепция вещей-метафор.

Удивительным образом буквальное овеществление материального предмета может вызвать большой ряд ассоциаций, естест- венно. при высоком художественном качестве. Михаил Копылков создал неожиданную композицию "Розовое платье и осеннее пальто" (1976 г.): пластические изображения в натуральную величину старого потертого мужского пальто и скромного старомодного женского платья. С поразительным мастерством и чувством пластики вылеплены
формы одежды, ее детали - помятый воротник, сломанные пуговицы. вешалки и прочее. Плотность, фактурность керамического материала доведены до тактильной точности. Но это не муляж, не "обманка". это поэтический образ, отражение человеческих отношений, слепок человеческой судьбы. Материальная субстанция адекватна духовной сущности.

Другой пример - композиция Владимира Цивина "Летний сад осенью" (1981 г.): прекрасные беломраморные статуи укрыты на зиму грубыми досками. И мрамор, и доски до осязаемости натуральны, и именно поэтому произведение приобретает некий мистический характер. Композиция Цивина воспринимается как пластическая метафора плененной красоты, уходящего времени, столкновения высокой классики с грубой реальностью. Оригинальность замысла с глубоким образным подтекстом при совершенстве технического исполнения высоко оценивались как зрителями, так и специалистами.
Многие работы ленинградских керамистов избирались жюри для показа на Международных конкурсах по керамике, которые проходили в Фаэнце (Италия) и в Валлорисе (Франция). Их успешное выступление отмечено рядом наград. В результате Владимир Гориславцев и Владимир Цивин в 1983 году были избраны членами Международной академии керамики в Женеве.

В первооснове керамического искусства лежит тяготение к монументальности. Использование крупнозернистого шамота все более побуждает художников к обобщающим формам, тяжеловесным объемам, брутальной пластике. Преодоление инерции глиняной массы, подчинение ее своей формотворческой воле увлекает художника. Это хорошо иллюстрируют работы Сурена Мальяна. В его произведениях шамот становится пластичным и декоративно-выразительным материалом. Мальян создаёт подлинные монументы символического звучания с помощью неизобразительной, но весьма выразительной формы, передающей отвлеченные понятия, – это работы «Жажда», «Нежность», «Покой», «Молитва».


Recent Posts from This Journal


?

Log in

No account? Create an account